Кровавый каннибализм: Китайская Культурная Революция

Наша справка

Хунвейбин (как вариант написания – хунвэйбин) в переводе с китайского обозначает «красный охранник». В советской истории ближайшим аналогом могут считаться красногвардейцы добровольческих дружин. Существенное отличие в том, что в отрядах хунвейбинов состояла преимущественно молодежь – студенты и даже школьники. В культурной революции, объявленной в Китае (1966), хунвейбины принимали самое активное участие.

2016 год может считаться юбилейным в отношении глобального и трагичного китайского события – Культурной революции. В этом году годовщина – исполнилось 50 лет с ее начала. Стартом события является 16 мая, а продлилась революция больше 10 лет. Печальным ее итогом стали 100 млн. пострадавших и около 2 млн. погибших. К круглой дате партийная газета Китая опубликовала статью, в которой события полувековой давности признаны катастрофичными для страны, партии и народа.

Точных деталей происходивших тогда события мы не узнаем, вероятно, никогда. Любая революция по сути своей кровава и богата жертвами. Однако Культурная китайская превзошла большинство из них; вскрывшиеся подробности шокировали мировую общественность. Весь мир был потрясен сведениями о массовом каннибализме, процветавшим в уезде Усюань, относящемся к автономному району Гуанси-Чжуан. И начался он с подачи хунвейбинов.

Источник информации

Китай – страна закрытая, хотя и более доступная в плане информации, чем некогда Советский Союз. И о повальном каннибализме не стало бы известно, если бы не диссидент-китаец Чжэн И. Во времена Культурной революции он и сам состоял в рядах хунвейбинов, чья задача изначально виделась в просвещении крестьян и направлении их в нужное идеологическое русло.

После революции Чжэн занялся писательством, и даже опубликовал несколько произведений. То ли они оказались партийно невыдержанными, то ли писатель «попал под раздачу», то ли это был его сознательный выбор, однако на печально знаменитой площади Тяньаньмэнь он оказался на «неправильной» стороне. Во время преследований бывших демонстрантов И прятался как от спецслужб, так и от полиции, причем с успехом избегал с ними встреч целых три года. Позже ему удалось выбраться в Гонконг, бывший еще под британским протекторатом, откуда он переехал на Тайвань, а под конец эмигрировал в США.

Уже в Штатах диссидент опубликовал книгу «Алый мемориал», которая просто взорвала мир. По его словам, в ее основе лежит материал, собранный им в 80-е годы во время его посещений уезда Усюань. Он пытался узнать подробности Культурной революции в этом уезде, и больше всего интересовался случаями каннибализма.

                                                                                      

Начало трагедии

Движение хунвейбинов, задуманное как чисто просветительское, к 1968 году превратилось в настоящие бандитские бесчинства. Поначалу в качестве образа врага выбирались «классовые противники», идейно неправильные преподаватели и правые уклонисты. Причем бороться с ними предполагалось без излишнего террора. Однако к 68-му идейная составляющая исчезла почти окончательно. На страну обрушилась волна серьезных клановых разборок, цель которых – выяснить, какой из отрядов «крышует» выгодный объект. К примеру, за Кантон банды дрались серьезно, с применением артиллерии.

В Усюане дело обошлось без использования тяжелого вооружения, но гражданская война была не менее напряженной. В противостоянии участвовал отряд хунвейбинов «Группа 22 апреля» и партийная бюрократия во главе с первым политкомиссаром Гуанси Вэй Гоцином, в чьем распоряжении находились местные силовые структуры.

Началось все в январе, когда хунвейбины объявили террор «уклонистам» с «оппозиционерами», забивая их насмерть, заживо зарывая, топя, а иногда и взрывая. Уже 15 апреля они создали свой ревком – и одновременно был отмечен первый всплеск каннибализма. Документально подтвержденный факт относится к 14 мая, когда 11 хунвейбинов, возглавляемые братьями Вэй, зарезали Чэнь Гожуна и съели его печень. В том же месяце хунвейбины-школьники забили ногами и палками свою учительницу Ву Шуфан, угрожая оружием, заставили другого преподавателя вынуть из трупа печень с сердцем, поджарили их и патетично съели.

Вскоре людоедством начала заниматься и противная сторона. Оно начало расползаться со скоростью лесного пожара.

Пик каннибализма

Если поначалу людоедство осуществлялось чуть ли не тайно, в узком кругу сообщников, то уже к началу лета оно стало чуть ли не нормой. Поедание человеческой плоти происходило на площадях, под лозунги, с развернутыми флагами. Каннибализм приобрел фазу массового психоза; нередко людоеды употребляли не только внутренние органы, но съедали труп почти целиком. Есть данные, что человеческое мясо готовилось в СТОЛОВОЙ ревкома; оно стало стандартной закуской к пиву и вину.

Поначалу еще соблюдалось какое-то идеологическое обоснование выбора жертв, предназначенных «на стол». Ими становились в первую очередь бывшие помещики, чиновники, лишившиеся поста и обвиненные в идейном несоответствии люди. Однако достаточно быстро люди стали использовать последствия психоза в своих целях: кто-то убирал таким образом мешающих и неугодных, кто-то решал личные проблемы. Так, некий учитель где-то вычитал, что сердце девушки является, чуть ли не панацеей от всех болезней, обвинил ученицу из своего класса в контрреволюционных настроениях, а после казни тайком украл ее сердце.

Впрочем, далеко не все приняли каннибализм. Огромное количество людей отказывалось есть человечину, несмотря даже на то, что это грозило им серьезными неприятностями: считалось, что так люди проявляют идейную слабость и незрелость. За это могли выгнать из школы, уволить, а то и подвергнуть террору. Те же, кто охотно участвовал в людоедстве, поощрялись и считались надежными партийцами. К примеру, учительница Ван Вэньлю, пытавшая жертв и поедавшая их половые органы, «доросла» до должности зампредседателя ревкома.

Некоторые представители власти (видимо, не особо стойкие в убеждениях) пытались проявить некоторый либерализм. В одной из деревень в те времена практиковалась раздача еды из общего котла. В ее составе присутствовала и свинина, и человечина. Совестливые могли считать, что им досталось животное мясо, ярые каннибалы торжествовали, пируя плотью классовых врагов.

Конец людоедства

Завершился каннибальский психоз только в июле. В уезде все это время оставался партийный ветеран, Ван Цзуцзянь. Несмотря на то, что в принципе он «отошел от дел», связи на самом верху компартии Китая у него оставались. Ван Цзуцзяню удалось передать сообщение о происходящем в Пекин. Ошеломленная верхушка партийных боссов сначала не поверила данным и послала запрос Гуанси Вэй Гоцину, который на этот момент практически утратил реальную власть. Ухватившись за возможность, политкомиссар не только подтвердил сведения, но и сделал встречный запрос по поводу введения в уезд правительственных войск. Бывший на тот момент премьером Чжоу Эньлай пошел навстречу комиссару, в Усюань вошли войска, которые практически перебили банды хунвейбинов. Те, кого признали зачинщиками, были показательно казнены. В уезде наступило спокойствие, а людоедство исчезло как явление.

Расследование и последствия

Официальное разбирательство, причем закрытое, было проведено только в 1983 году. Среди подтвержденных документально фактов – 528 погибших за «людоедское» полугодие. Причем съеденными признаны только 76. В каннибалы зачислено 200 человек, и наказание их было, мягко говоря, не соответствующим проступку. Сели на нары только 34 людоеда; их сроки колебались между 2 и 14 годами – вероятно, это были самые одиозные (или наименее защищенные) фигуры. 91 человек лишился партийного билета. Остальные же отделались лишь административными санкциями. Та же Ван Вэньлю вылетела из партии и лишилась всех постов – но и только. Объяснением стало то, что следствие не смогло доказать съедение ею репродуктивных органов.

Летописец тех кровавых месяцев Чжэн И считает, что местные власти тихо и аккуратно «слили» факты людоедства, поскольку либо сами в нем участвовали, либо закрывали на него глаза. Основным лозунгом стали примирение, прощение и согласие.

Не разделяет такого мнения диссидент и в оценке масштабов людоедства. Бывая в тех краях спустя два десятилетия, он нашел свидетельства о 100 жертвах людоедов, а их количество считает колеблющимся между 10 и 20 тысячами. Впрочем, вероятно, официальное следствие не учитывало невольных каннибалов (вроде жителей деревни, питавшихся из одного котла), а занималось только персональными случаями.

Современный взгляд на события

Усюаньский каннибализм – события темные и не до конца проясненные. На Западе эта история всплывает и обсуждается довольно часто. В нашей стране практически не знают о ней – разве что китаеведы. Рядовые жители КНР отвергают людоедство в уезде с негодованием, считая его пропагандистской выдумкой.

Книга Чжэна И в качестве доказательства серьезными учеными не воспринимается. Это в строгом смысле не исследовательская работа: в ней присутствует ряд спекуляций, перебор крови и некоторые передергивания. «Алый мемориал» - скорее антикоммунистическая литература, и все приводимые автором факты трактуются именно в этом смысле. Кроме того, у Чжэна хромает доказательная база. Он наравне принимает как документы тех лет, так и сплетни, субъективные мнения, высказанные в интервью, и слухи. Многие критики и ученые считают этот труд скорее беллетристикой, хотя и основанной на определенных реальных событиях.

Отторжение вызывают и попытки автора обосновать каннибализм в Усюане непрофессиональной антропологией: он считает, что людоедство стало возможным лишь по причине проживания на территории уезда нацменьшинства чжуанов. В их древней истории действительно присутствовал ритуальный каннибализм, однако чжуаны давно ассимилировались и утратили традиции предков. Кроме того, основное количество случаев поедания человечества приходится на крупные города; в чжуанских же деревнях отмечались лишь единичные факты. А главное – тот же Вэй Гоцин, остановивший людоедство, сам относился к чжуанам.

Французское агентство Agence France Presse отправило в скандальный уезд экспедицию, имевшую целью проверку информации Чжэна. Местные жители опровергли ее, однако некий чиновник подтвердил, что участвовал в закрытом расследовании и имеет подтверждения 38 случаев людоедства. Этот неизвестный пытался предать гласности имеющиеся сведения, однако получил от партийного руководства требования опровержения своих клеветнических нападок. Оскорбленный китаец отказался это сделать, передав материалы в издательство. Если они таки увидят свет, мир узнает всю правду о событиях в Усюане.